Яков Полонский. “Миазм”

Дом стоит близ Мойки, – вензеля в коронках
Скрасили балкон,
В доме роскошь – мрамор, – хоры на колонках, –
Расписной плафон.
Шумно было в доме: гости приезжали, –
Вечера, – балы…
Вдруг все стало тихо, – даже перестали
Натирать полы.
Няня в кухне плачет, повар снял передник,
Перевязь – швейцар;
Заболел внезапно маленький наследник, –
Судороги, жар…
Вот перед киотом огонек лампадки…
И хозяйка-мать
Приложила ухо к пологу кроватки, –
Стонов не слыхать.
– “Боже мой! ужели?!. Кажется, что дышит…”
Но на этот раз
Мнимое дыханье только сердце слышит, –
Сын ее погас.
– “Боже милосердый! Я ли не молилась
За родную кровь!
Я ли не любила! Чем же отплатилась
Мне моя любовь!
Боже! страшный Боже! Где ж твои щедроты,
Коли отнял ты
У отца надежду, у моей заботы
Лучшие мечты!..”
И от взрыва горя в ней иссякли слезы, –
Жалобы напев
Перешел в упреки, в дикие угрозы,
В богохульный гнев.
Вдруг остановилась, – дрогнула от страха,
Крестится, глядит:
Видит, – промелькнула белая рубаха, –
Что-то шелестит…
И мужик косматый, точно из берлоги
Вылез на простор,
Сел на табурете и босые ноги
Свесил на ковер.
И вздохнул, и молвил: “Ты уж за ребенка
Лучше помолись;
Это я, голубка, глупый мужичонка… –
На меня гневись…”
В ужасе хозяйка – жмурится, читает
“Да воскреснет Бог!”…
“Няня, няня! Люди! – Кто ты?” вопрошает,
“Как войти ты мог?!”
– “А сквозь щель, голубка, – ведь твое жилище
На моих костях, –
Новый дом твой давит старое кладбище, –
Наш... отпетый прах.
Вызваны мы были при Петре Великом…
Как пришел указ, –
Взвыли наши бабы, и ребята криком
Проводили нас.
И, крестясь, мы вышли. С родиной проститься
Жалко было тож, –
Подрастали детки, да и колоситься
Начинала рожь…
За спиной-то пилы, топоры несли мы, –
Шел не я один…
К Петрову, голубка, под Москву пришли мы,
А сюда – в Ильин.
Истоптал я лапти… Началась работа,
Почали спешить, –
Лес валить дремучий, засыпать болота,
Сваи колотить… –
Годик был тяжелый. За Невою, в лето
Вырос городок!.. –
Прихватила осень, – я шубенку где-то
Заложил в шинок.
К зиме-то пригнали новых на подмогу;
А я слег в шалаш…
К утру, под рогожей, отморозил ногу,
Умер и – шабаш!
Вот, на этом самом месте и зарыли… –
Барыня, поверь, –
В те поры тут ночью только волки выли, –
То ли, что теперь!
Ге! теперь не то что… – миллион народу…
Стены выше гор…
Из подвальвой ямы выкачали воду, –
Дали мне простор…
Ты меня не бойся… – что я? – мужичонка!
Грязен, беден, сгнил…
Только вздох мой тяжкий твоего ребенка
Словно придушил…”
Он исчез, – хозяйку около кроватки
На полу нашли;
Появленье духа к нервной лихорадке,
К бреду отнесли.
Но с тех пор хозяйка в северной столице
Что-то не живет;
Вечно – то в деревне, то на юге, в Ницце…
Дом свой продает… –
И пустой стоит он, – только дождь стучится
В запертой подъезд,
Да в окошках темных по ночам слезится
Отраженье звезд.
Дата написания: ?


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
Стихотворение: Яков Полонский. “Миазм”